"Что делать?" Николая Чернышевского

Опубликовано: 22.04.2017

видео

Разведопрос: Михаил Васильевич Попов о философии

Мы помним, что Н.Г. Чернышевский (1828–1889) (рис. 1)

Рис. 1. Н.Г. Чернышевский (Источник)


"Что делать?" Николая Чернышевского

стал писателем поневоле: это было связано с заточением писателя в одиночную камеру Алексеевского равелина Петропавловской крепости (рис. 2),

 

Рис. 2. Алексеевский равелин Петропавловской крепости (Источник)

надзиратели которой принудили Чернышевского писать (рис. 3).


Парфенов А.И. Лекция о фантастическом в творчестве Чехова

Рис. 3. Н.Г. Чернышевский пишет роман «Что делать?» в Алексеевском равелине Петровпавловской крепости (Е.Д. Горовых) (Источник)

Но, невзирая на то, что роман был написан по принуждению и сходу издан (печатание романа было начато в 1863 году в журнальчике «Современник») (рис. 4),

Рис. 4. стр. 5 третьего номера 95-го тома «Современника», в каком начато печатание романа Н.Г. Чернышевского «Что делать?» (1863) (Источник)

произведение было изъято и уничтожено. Все же, роман остался в сознании нескольких российских поколений. Подтверждением этого стал тот факт, что заглавие «Что делать?», как и заглавие «Кто повинет?» (роман, написанный несколько ранее А.И. Герценом (рис. 5)),

Рис. 5. А.И. Герцен (Источник)

вошло в поговорку: «Что делать?» и «Кто повинет?» – извечно российские вопросы».

След романа «Что делать?» в российской литературе остался не только лишь благодаря поговорке, да и благодаря последователям, конкурентам и противникам Чернышевского. Роман, который был запрещен к изданию, всегда вызывал полемику. С этим неназванным, неизданным, потаённым романом полемизировали фактически все российские писатели 2-ой половины ХІХ века. Роман издавался за границей, переписывался от руки, но с ним спорили, пробовали отвечать на него все большие писатели, жившие после Чернышевского. Все это принуждает внимательнее приглядеться к роману и поразмыслить, что все-таки такового написал Чернышевский, что пропустила цензура и принудило всех будущих российских писателей с ним спорить.

Романы «Что делать?» и «Кто повинет?» крепко связаны и меж собой, и с традицией романов ХІХ века, которая началась с А.С. Пушкина (рис. 6),

Рис. 6. А.С. Пушкин (Источник)

а закончилась на рубеже ХІХ и ХХ вв. Но наступила кульминация в развитии жанра романа. Это была традиция романов о том, что происходит тут и на данный момент. Это романы, содержание которых всегда было плотно сплетено с течением времени деяния в их и с течением времени, когда читатель их читал, что было сходно с единством деяния и времени в драматургии классицизма. Потому читатель привык к тому, что очередной роман, написанный в журнальчике, ведает о том, что происходило с героем всего несколько месяцев вспять. Это был живой отклик на какие-то действия. Вопросы «Что делать?» и «Кто повинет?» всегда связаны с вопросами реальной жизни человека. В сути, все романы ХІХ века были размышлениями на тему о собственном поколении:

Грустно я гляжу на наше поколенье!

Его грядущее иль пусто, иль мрачно,

Меж тем, под бременем познанья и сомненья,

В бездействии состарится оно… («Дума»)

М.Ю. Лермонтов (рис. 7)

Рис. 7. М.Ю. Лермонтов (Источник)

написал эти строки в 1838 году. Прошло 5 лет со времени возникновения «Евгения Онегина», потому эти строки могли бы быть послесловием к роману А.С. Пушкина, где фразу «Грустно я гляжу на наше поколенье» мог бы сказать сам Онегин (рис. 8).

Рис. 8. Образ Евгения Онегина (Л. Тимошенко. Ил. к роману «Евгений Онегин») (Источник)

Но это могло бы быть и прологом к последующему роману, написанному самим Лермонтовым, – «Герой нашего времени», в каком фраза «Грустно я гляжу на наше поколенье» могла бы принадлежать Печорину (рис. 9).

Рис. 9. Образ Печорина (П. Боклевский. Ил. к роману «Герой нашего времени») (Источник)

Вопрос «Кто повинет?» вел также к теме поколения, которое позднее окрестили потерянным. Это поколение начало находить ответы на вопросы «Кто повинет?» и «Что делать?». У людей в жизни бывают различные трудности: личные и публичные. Судьба отдельного человека связана с судьбой общества, поколения, страны. И так сложилось в российском романе, что мерилом для каждого отдельного героя и для его поколения становится его отношение с дамой. Дама выбирает героя времени, делает героя героем либо антигероем (как, к примеру, Печорина у Лермонтова). В некий мере и плюсы, и пороки находятся в каждом из литературных героев. Потому вопрос «Что делать?» связан и с тем, что делать, чтоб заслужить любовь дамы, которую он выбрал себе, и что делать, чтоб его поколение не прошло «без цели и следа». Домашняя и общественная коллизии связываются меж собой: герой времени – в той мере герой, в какой он может влюбить в себя даму, может приблизить будущее, захватить право называться публичным деятелем и бойцом за светлое будущее. Итак, роман Чернышевского «Что делать?» вписывается в ту серию романов, которая составляет золотой фонд российской литературы, он заходит в контекст общественно-исторического движения.

Конкретным поводом для того, чтоб арестант Петропавловской крепости занялся написанием романа, послужило возникновение другого романа этой серии. Намедни мая 1862 года, когда был арестован и заключен в крепость Чернышевский, И.С. Тургенев (рис. 10)

Рис. 10. И.С. Тургенев (Источник)

в журнальчике Каткова «Российский вестник» (рис. 11)

Рис. 11. Титульный лист журнальчика «Российский вестник» (1856) (Источник)

опубликовал собственный известный роман «Отцы и малыши», который также связан с лермонтовской «Думой» о собственном поколении:

Богаты мы, чуть из колыбели,

Ошибками отцов и поздним их разумом,

И жизнь уж нас томит, как ровненький путь без цели,

Как пир на праздничке чужом.

…………………………………………………

Массой угрюмою и скоро забытой

Над миром мы пройдем без шума и следа,

Не бросивши векам ни мысли плодовитой,

Ни гением начатого труда.

И останки наш, с строгостью судьи и гражданина,

Потомок обидит презрительным стихом,

Издевкой горькою обманутого отпрыска

Над промотавшимся папой.

Лермонтовская «Дума» могла бы послужить и эпиграфом, и заключением фактически к каждому из числа тех романов, о которых мы ведем речь. Размышления о судьбе собственного поколения и о том, каким будущее видится этому поколению, занималась вся российская литература в следующие годы и десятилетия.

rss